Вышеприведенное (и несколько эпатажное…) название новой моей рубрики я выбрал не случайно. Потому что слишком уж часто материалы моих же статей стали заметно выходить за пределы «чистой» психологии, затрагивая воистину философские темы. Так что отсюда и далее я буду продолжать этакие свои, надеюсь, интересные читателям «философствования» по поводу происходящего в мире, дабы не только описывать наметившиеся тупики и кризисы, но и предлагать возможные выходы из оных…

Как правило, репрезентация любого явления сводится к ответу на три вопроса: «Что происходит?»; «Почему это произошло?» и «Как из этого выйти или выбраться?». К сожалению, нынешние масс-медиа имеют явственную тенденцию только лишь к многократному «пережевыванию» исключительно происходящего, отчего тему глобальности кризиса современной цивилизации (о котором я неоднократно писал…) я здесь более затрагивать просто не буду. Желающих же покопаться в ужасных подробностях происходящего отсылаю к весьма мрачным материалам докладов последних Валдайского форума и Римского клуба.

В данной же короткой статье я попробую ответить по поводу всемирного кризиса сразу на второй вопрос («Почему это произошло?»), после чего рискну затронуть и разобрать вопрос третий («Как из этого выйти или выбраться?»), обратив особое внимание на всеобщее, а не, так сказать, частное.

Так вот, на мой, возможно, субъективный взгляд, главной причиной происходящего безобразия выступает тотальный отказ от системной, целостной и единственно подлинной Картины Мира в триединстве науки, религии и… мистики. Дабы слова мои не показались голословными, напомню (или поясню), что согласно современным воззрениям достаточно большого числа «продвинутых» авторов (скажем именно так, дабы никого не оскорблять…), мы осознаем реальность только в неких моделях осознания. Отчего видимость оной (реальности) адекватна своему содержанию только в рамках аксиом соответствующей модели (вспомните-ка – хотя бы – царствовавшую в течение долгих-долгих лет и прекрасно чувствовавшую себя геоцентрическую модель мира, в которой Солнце вращалось вокруг Земли, равно как и многие прочие «теории», когда-то считавшиеся незыблемыми…). Из чего явственно следуют еще несколько интересных выводов:

Что аксиомы модели являются параметрами именно этой самой модели, а совсем даже не реальности;

Что, как следствие, любое знание о реальности несет в себе прежде всего (и более всего…) допущение модели…

Так вот, двумя основными (и полярными, то есть практически исключающими друг друга) моделями реальности, принятыми в настоящее время, является научная и религиозная. Отчего на происходящее в мире нам предлагается смотреть либо как на что-то объективное, формализованное и логичное в рамках неких причинно-следственных конструкций науки, либо как на нечто весьма субъективное, хотя и тоже формально-логическое в контексте некой иерархии и определенной (и, кстати, одной-единственной) религии, а также системы требований к ее адептам. К сожалению, ни сама по себе наука, которая в настоящее время оказалась не в силах описать и/или объяснить целый сонм явлений и феноменов; ни только лишь религия, с ее наивной ортодоксальностью, а порой и просто примитивизмом в описании происходящего, оказались не в состоянии создать работающую картину мира: как по отдельности, так и как бы воедино. По двум основным причинам. Во-первых, вследствие отказа от использования еще одной модели реальности – мистической. А во-вторых, из-за отчетливого недопонимания роли и места каждой из трех вышеперечисленных моделей.

Напомню, что все явленное и созданное можно (и нужно) представить как единство трех ипостасей: Души, Ума и Тела. Душа, как я уже писал ранее, в той же власти (по О. Маркееву) представлена криптократией; Ум – идеократией, а Тело – бюрократией, что в моей более широкой модели соответствует содержанию, структуре и динамике. При этом единственно «живучей» из этой «триады» является «вечно живая» и никогда не умирающая бюрократия. Каковая в триединой картине мира описывается как раз до невозможного формализованной наукой: динамической по своей природе и оттого имманентно стремящейся к экспансии и «всеядности». Но «имморальный» динамический аспект модели мира не может существовать без аспекта морального, а, точнее, идеологического. Который как раз и был (увы, уже только был…) представлен религией, главной целью которой выступало как раз создание идеократии в виде структуры моральных правил, каковой неукоснительно должны были подчиняться все принимающие оную адепты (именно в связи с этим, с падением роли религиозного регулирования нравственности началась моральная деградация человечества…). А вот на роль идеократии единственно может претендовать только лишь мистическая картина мира, в каковой основным и главным является ее содержание, а именно постулирование множественности миров и иерархии разумов (вплоть до Абсолюта), равно как и признание не только причинно-следственного, но и синхронистического способа осуществления желаемого.

На последнем остановлюсь особо. Дело в том, что классическая наука (бюрократия этого мира) исходит из исключительно причинно-следственной модели происходящего (то есть утверждает, что у любого следствия должна быть отдельная причина, без которой это следствие не может быть явлено). Как ни странно, но «идеократическая» религия также неявно опирается именно на эту модель, постулируя, однако, в качестве причины не только усилия человека, но и некую Божью волю. А вот в мистической картине мира вполне находится место для синхронии: необычных совпадений внешних событий или соответствий этих самых событий внутреннему переживанию. Вне всякой причинно-следственной зависимости, а исключительно в силу тождественности смыслов и, так сказать, вследствие работы силы мысли: волевых воздействий на реальность…

В онтологической плане (то есть, с точки зрения учения о сущем…) бюрократия соответствует эффективности, и именно поэтому «эффективность любой ценой!» стала девизом современной жизни. Идеократия тавтологична нравственности, а криптократия – духовности. И только лишь эта «тройственная» картина мира способна описать реальность во всей ее, так сказать, красоте и блеске, а главное, сообразно и синхронно тому, что в ней есть. Именно поэтому я, будучи, в общем-то, ученым (эффективности ради…), не принадлежу ни к какой религиозной конфессии (хотя явственно симпатизирую христианству, буддизму и индуизму), но выполняю все основные идеологемы этих «симпатичных» мне религий (десяти заповедей, восьмеричного пути ets: нравственности для…). Однако при всем при этом верую я не в каких-то конкретных представителей Высших Иерархий Разумов, а в Абсолют. Космическое Сознание, Высший Разум и тому подобное Великое. И вне всяких религий, и, уж тем более, научной «безнадеги», признаю существование явленных и непроявленных миров, в которых будет продолжать существование мой Дух после окончания срока жизни моего же тела.

При этом – естественно – меня совершенно не устраивает не только в общем-то уже не очень-то эффективная, но точно безнравственная и бездуховная по сути, объективность современной науки; ни малоприменимая к реальности и, в общем-то, псевдодуховная ортодоксальность уходящих в прошлое религий. Потому что только общая и обобщенная мистическая картина мира, в которой наука и религия представляют собой неотъемлемое, но, так сказать, не то, чтобы более низкие, но точно весьма специфические виды познания, способна дать человечеству возможность реального выхода из тупиков многочисленных кризисов. Разумеется, при сохранении практически религиозной нравственности и, безусловно, научной эффективности. Тем более, что наука давно и вплотную подошла к, увы, так до конца и не принимаемой, мистической модели мира: в виде холотропной квантовой парадигмы, о которой я уже много раз и писал, и говорил.

Что из этого следует лично для вас? Да то, что для того, чтобы хорошо жить, надобно всего-навсего позволить себе любимому принять более широкую Картину Мира (ибо как хорошо известно, какова Картина, таков и Мир…). И научиться соединять научную объективность с религиозной субъективностью под эгидой могучего мистического мировоззрения. Ничего не опуская, но ничего и не абсолютизируя…

 

10+